Мария Комиссарова: Я упорная, я обязательно буду ходить

«УЖЕ МОГУ СТОЯТЬ»

- Как вы себя чувствуете? - я не смог придумать другого вопроса для начала беседы

Мы созваниваемся вечером, когда Комиссарова уже вернулась домой из клиники доктора Блюма в Марбелье. Очередной день, состоящий из многочасовых тренировок, почти завершен. Может, поэтому голос спортсменки - усталый и немного грустный.

- Я здесь уже девять месяцев. И рада, что прогресс есть, - признается Мария. - Конечно, он еле заметный, восстановление проходит медленно, но все же - это повод продолжать верить, что рано или поздно я поправлюсь.

- В чем именно заметно улучшение?

- Обычному человеку сложно прочувствовать такие мелочи, но люди, прикованные к инвалидным креслам, меня поймут. Например, я уже могу напрягать мышцы бедра. Могу шевелить тазом. И даже стоять. Правда, самой встать не получается, и мне все равно нужна поддержка, но тем не менее - опираясь на руки Леши, моего молодого человека, я все-таки стою сама. Поверьте - это очень многое значит! Правда, чувствительности у кожи на ногах все еще нет, но доктор говорит, что она появится в самом конце лечения.

- В любом случае, повод для оптимизма имеется?

- Конечно. Значит, все эти процедуры, тренировки, проходят не напрасно. И любая мелочь, любая маленькая победа дает мне силы продолжать борьбу.

«ПЛАНИРУЮ СЪЕЗДИТЬ НА УНИВЕРСИАДУ»

- Можете описать свой день?

- Ничего особенного. С утра - подъем и завтрак. Хорошо, что сейчас у нас гостит Лешина мама, которая помогает с готовкой. Когда ее не было, приходилось все делать самим и вставать еще раньше. К 11 я приезжаю в клинику, и начинаются тренировки. Длятся они до 18.00, с часовым перерывом на обед, отдых и, возможно, сон. Ну и вечером остается немного времени погулять по городу или посмотреть фильм.

- Не утомляет такая рутина?

- Конечно, утомляет! И крыша едет - делать одно и то же по многу часов подряд каждый день, без выходных, на протяжении почти года. Но я понимала - легко не будет. К тому же, я упорная. Так что желания опустить руки и бросить все не возникало. Даже мысли не было. Верю, что обязательно начну ходить.

- Хобби себе никакого не придумали?

- Пыталась заниматься вязанием. У нас тут, хоть и Испания, но тоже похолодало - до плюс десяти. Так что на улице зябко, - смеется Мария. - Вот, думала понаделать теплых вещей. Только как-то не пошло - связала полшарфика и забросила. Вообще, если честно, не остается ни сил, ни особого желания заниматься чем-то, кроме тренировок.

- Выходных, говорите, не бывает совсем?

- Пока был один - 1 января. Правда, буквально сейчас мы с Лешей отпросились на несколько дней. Хотим съездить в Гранаду, где проходит зимняя Универсиада. Приедут наши ребята из сборной по фристайлу. Будет здорово встретиться, пообщаться. Ну и соревнования, конечно, посмотреть.

- В России как раз отмечают годовщину Олимпиады в Сочи. По телевизору показывали церемонии открытия, закрытия…

- Так у нас нет российских каналов, - признается Комиссарова. - Можно, конечно, что-то по интернету посмотреть. Я, например, видела отрывок концерта в Олимпийском парке. Но сами понимаете, для простых людей эти Игры - праздник. А у меня они оставили совсем другие воспоминания….

«В РОССИИ МНЕ ПОКА ДЕЛАТЬ НЕЧЕГО»

- Почему для лечения вы выбрали именно клинику Блюма?

- По советам и отзывам знакомых. Изначально мне ее порекомендовал один молодой человек, который уже пять лет сам прикован к коляске, но ему здесь здорово помогли. Конечно, вариантов было много. Чего только не предлагали - и пиявок, и иглоукалывания… Но толковой, внятной методики не было ни у кого. Да и положительных отзывов, если честно, тоже. А здесь мне дали 90 процентов, что я снова начну ходить.

- Вот только стоимость годичного курса - 27 миллионов рублей… Не шокировала?

- Конечно, поначалу мы были, скажем там, неприятно удивлены, - улыбается в трубку Мария. - Но в Германии, где мне сделали операцию, и где я провела первые два месяца после травмы, лечение обходилось примерно во столько же. Да, там были потрясающие условия - мне во всем помогали, за мной следили, ухаживали… Но там меня просто собирались учить жить на инвалидном кресле. Говорили - шансов встать на ноги нет. А здесь пообещали вылечить.

- Денег на лечение хватает?

- Мне очень помогла наша федерация фристайла. Она не только полностью оплатила операцию, и реабилитацию в Германии, но и первые четыре месяца здесь - это порядка 15 миллионов. Плюс, я получаю стипендию от Фонда поддержки олимпийцев - 100 тысяч в месяц. Но сейчас за лечение уже плачу сама - из тех денег, которые жертвуют простые люди на моем сайте.

- Врачи дают какие-то прогнозы - сколько еще займет ваше восстановление?

- Изначально речь шла о годе, прошло девять месяцев. Сами понимаете, тут сложно назвать конкретный срок. Многое зависит от человека, от его организма. От того, как тело реагирует на лечение. Но я готова работать столько, сколько нужно.

- В Россию в ближайшее время не собираетесь?

- Пока не встану на ноги - нет. Да и что мне там делать? Все родные и близкие, кто хочет меня видеть, приезжают сюда, в Марбелью. А дома, в конце концов, даже условий для нет - для коляски ничего не оборудовано.

- С вами постоянно живет только молодой человек?

- Да. Родители иногда приезжают. Вот, папа в декабре был. Еще я очень благодарна всем, кто пишет мне в соцсетях - я все эти записи читаю, стараюсь каждому ответить. Поверьте, такая поддержка сильно помогает.









>> Свыше 40 болельщиков Фейенорда арестованы в ходе беспорядков во время матча с Ромой
>> Дамир Гоянович: Мы увидим россиян в форме Медвешчака >> Квартальнов: Вся борьба в серии между ПХК ЦСКА и Сочи еще впереди